ДИТЯ
17 апреля

ДИТЯ

Режиссер: Жан-Пьер и Люк Дарденн
В ролях: Жереми Ренье , Дебора Франсуа. Жереми Сегар, Фабрицио Ронджоне , Оливье Гурме
Производство: Бельгия-Франция, 2005
Жанр: Драма
Продолжительность: 1 ч. 35 мин.


Бруно, 20. Соне 18. Они живут на пособие Сони и грабежи Бруно. Соня только что родила Джимми — их общего ребенка. Как мог Бруно стать отцом, будучи таким беспечным, ведя такую жизнь и думая исключительно о деньгах от сомнительных делишек... Очередная сделка Бруно просто чудовищна...

Публикации

Как ни патетически это прозвучит, "Дитя" – фильм о пробуждении нравственного чувства, о грехе, искуплении и покаянии, фильм с нечастым в современном кино катарсисом: слезами, которые, наверное, соединят супругов вновь. (Михаил Трофименков, "КоммерсантЪ" №93 (3424), 26.05.2006)

При этом взбесившемся детском саде есть дотошные морализаторы Дарденны, у которых смирение паче гордости. Они, казалось бы, позволяют в кадре сущему быть, а на самом деле, разумеется, как всякие хорошо проструктурированные европейские интеллектуалы, увлеченно проводят ревизию мироздания. (Варвара Мухина, "Кинопарк" №4 (107), 01.04.2006)

Опять ювелирная работа: темпоритм, расстояние от камеры до героя, почти нулевая интенсивность мимической игры актера — все выверено до мелочей, все работает, возгоняя частную глупость до масштаба глупости всечеловеческой. (Игорь Манцов, "Русский журнал", 30.03.2006)

Ничтожным, казалось бы, случаям из жизни ничтожных людей они придают библейское дыхание притчи, а возможную выспренность сводят на нет благодаря режиссерской манере. Камера намертво прилипает, прирастает к персонажам, живет, дышит, бежит, задыхается в их ритме. (Михаил Трофименков, "КоммерсантЪ" №47/П (№3378), 20.03.2006)

Орден двух братьев
"Видимо, в нашем кино есть своего рода катарсис. А в наших героях есть какие-то ритуалы, совмещенные с реальностью, ритуалы реальности, — Люк Дарденн. (Вероника Хлебникова, Ozon.ru, 17.03.2006)

Хитрый обман
Братья Дарденны нашли тот самый идеальный баланс реальности и кинематографа, при котором их фильмы, оставаясь чистым искусством, запоминаются как прожитая жизнь. (Лиза Биргер, "Акция", 23.09.2005)

Извинение младенца
...Недоросль-переросток более, чем нужно, оказывается подвержен общественному порицанию. Ведь когда в фильме представлен как бы кусок действительности, публика невольно начинает судить киногероя словно героя телерепортажа. Дарденновскому же Бруно вряд ли пойдет на пользу какое-либо осуждение, кроме того, которое он назначил бы для себя сам. (Екатерина Чен, Gzt.ru, 14.09.2005)

Вы увидите не просто честную и милую драму про парня "из низов", слишком, может быть, спокойную в первые полтора часа и слишком истерическую в последние две минуты. Вы увидите кусок жизни, трогательный, глупый и жестокий. Так бывает жесток ребенок, еще не знающий своей слабости и не понимающий, что вокруг него живые люди, которым больно. (Ангелина Преображенская, Кинопарк №9 (100), 01.09.2005)

Бельгийские режиссёры получили приз за "Дитя"
Картина обладает тремя главными качествами, даже одно из которых порой способно загнать на Олимп: она безупречна с художественной точки зрения, социально правдива и эмоционально шокирующа. (Екатерина Барабаш, "Независимая газета", 23.05.2005)

Чудо-"ребенок"
Победа фильма, по мнению экспертов, подтверждает тот факт, что "новая бельгийская волна" в современном искусстве – явление отнюдь не надуманное. Бельгия все стремительнее выходит в лидеры европейского искусства, и это связано с превращением Брюсселя в важный международный мегаполис, где расположены руководящие структуры Евросоюза. (Аркадий Сенцов, "Новые известия", 23.05.2005)

Заметки режиссеров-сценаристов братьев Дарденн

Братья Дарденн: "Вероятнее всего, этот фильм родился во время съемок нашего предыдущего фильма. Это было в Серэне, на улице Молинэ. Утром, днем и вечером мы видели одну и ту же девушку, которая проходила туда-сюда, толкая перед собой коляску с новорожденным младенцем. Со стороны казалось, что в ее хождениях нет никакой цели, что она просто прогуливается, толкая коляску.

Мы потом часто вспоминали эту молодую женщину с ее коляской, спящего ребенка и думали о том, кого никогда рядом не было — об отце ребенка. О том отсутствующем персонаже, который станет важным действующим лицом в нашей истории. Истории любви, которая еще и история одного отца".