СКАФАНДР И БАБОЧКА
с 3 апреля

СКАФАНДР И БАБОЧКА

Режиссер: Джулиан Шнабель
В ролях: Матьё Амальрик , Эмманюэль Сенье , Мари-Жозе Кроз , Анн Консиньи и т.д.
Производство: Франция-США, 2007
Жанр: Драма
Продолжительность: 1 ч. 52 мин.


По одноименной книге Жана-Доминика Боби

Примерный семьянин и отец троих детей Жан-Доминик Боби работал главным редактором журнала ELLE
(одним из основателей которого он и являлся), пока в возрасте 44-х лет не пережил обширнейший инсульт, в результате которого оказался пораженным так называемым LIS (Locked-In Syndrome — синдром "запертого внутри"). Формально живой Боби самостоятельно не мог даже дышать, а не парализованным оказалось только левое веко.
Сначала был установлен "первичный код" — одно мигание означало "да", два — "нет". Затем при помощи ассистента, который по очереди показывал ему карточки с буквами, Боби взялся за написание автобиографической книги под названием "Скафандр и бабочка"!

Публикации

Бабочка в скафандре
Хорошо еще, что без малого двухчасовая картина, главное достижение которой заключается в первых пятнадцати минутах, смотрится не скучно, легко и, в хорошем смысле, поверхностно. Без всякого морального отягощения, учитывая положение, в котором оказался главный герой. Ничего удивительного, впрочем: Джулиан Шнабель — художник по основной профессии — добился в свое время немалого успеха, покрывая холсты разбитыми тарелками. (Иван Куликов, Film.ru, 28.02.2008)

"Скафандр и бабочка" — история о превратностях судьбы
Ключевая фраза фильма "…мне понадобился резкий свет несчастья, чтобы познать свою собственную природу". (Наталья Дубинина, dp.ru, 28.02.2008)

Режиссер (Шнабель – известный художник) яркими красками живописует великолепие внутреннего мира героя, где найдется место и островам в океане, и тишине европейских провинций, и миру моды. (Булат Назмутдинов, "Ваш досуг", 25.02.2008)

Что интересно – о чем, собственно фильм – именно о том, чего никто не мог представить и вообразить до тех пор, пока не были получены – таким фантастическим образом – реальные свидетельства: помимо ожидаемого всеми нами трагичнейшего повествования о психологических муках, парализованный рассказал о том, как он обрел способность – воображаемую, быть может – видеть сны наяву, перемещаться в параллельных пространствах и посещать другие миры – прекрасные и недоступные обыденному сознанию. А ведь кино для того и создано, чтобы показывать всем нам такие миры.
Вот такой фильм. Сложный и грустный. Но не беспросветный.
(Киноклуб, ЖЖ, 24.02.2008)

Свобода в томатном соусе
"Это очень напряженный фильм. Вы застряли в теле героя на первые полчаса, вы нетерпеливо ждете, когда же вы наконец выберетесь из скафандра. Он делает это, когда пишет книгу и трансформирует свою жизнь в литературу. Это отрицание смерти. Фильм о трансформации тела в книгу", — Джулиан Шнабель. (Семен Кваша, Фильм.ру, 22.02.2008)

Глаз вопиющего
Оператор Януш Каминский мастерски показывает мир с точки зрения "овоща": колыхания занавесок и женского халатика, расплывшиеся краски сквозь призму слезы, любящие визитеры. Жена героя вынуждена не только присутствовать при телефонном звонке любовницы, но и по тому же морганию переводить ей ответ: "Я жду тебя каждый день". (Сергей Полотовский, "КоммерсантЪ-Weekend" №6 (52), 22.02.2008)

Дух в каждой букве
В "Скафандре и бабочке" с помощью слегка перекошенных кадров и смещенного фокуса удается показать, каково это — смотреть на мир единственным здоровым глазом. Изобразительными средствами с добавлением лишь комментария Матье Амальрика в фильме передаются юмор, боль, романтика, зеленая тоска и безнадежно розовые мечты героя когда-нибудь встать на ноги. (Екатерина Чен, "Газета" №33, 22.02.2008)

Пленник собственной неподвижности
Сделать такую картину — и не сфальшивить ни нотой — под силу не просто талантливому, но чистому душой художнику. Жизнь не может сводиться только к сексу, хаосу и пустоте, напоминает нам картина. В жизни есть и позитивные ценности. Урок заключен в той энергии, которую фильм передает. (Борис Тух, Postimees.ru, 21.02.2008)

Зритель смотрит на происходящее единственным глазом парализованного Боби, и именно эта часть раскрывает весь операторский талант Камински. С помощью своего мастерства, использую игру фокуса, светофильтры и простейшие спецэффекты, ему удается передать зрителю весь спектр переживаний невольно заключенного в собственном теле человека. Вторая часть фильма отдана на откуп фантазии. (Digitlife.ru, 20.02.2008)

Экранизировать "Скафандр и бабочку" взялся бородатый техасец Джулиан Шнабель, переквалифицировавшийся в режиссеры современный художник, прославившийся в 80-е скандальным поведением и монументальными панно из битой посуды. Серьезный подход к делу — ради этого фильма он, скажем, выучил французский — принес ему каннскую ветвь за лучшую режиссуру, но по-хорошему он заслужил куда больше — к примеру, отпущение всех прошлых и будущих грехов или что-то еще такое же метафизическое, но страшно ценное. (Петр Фаворов, "Афиша", Москва, 20.02.2008)

Скудность использованных изобразительных и драматургических средств, которыми рассказана эта довольно банальная история о трагедии упущенных возможностей и недолюбленных родственников, вполне сообразна практически ничтожным возможностям главного героя. Однако, тем, что им дано, создатели фильма пользуются с виртузностью Паганини, играющего на одной струне: заставить волю к жизни столь убедительно и трогательно моргнуть на прощание получится далеко не у каждого. (Франсуа Котлер, "Афиша", Москва, 16.02.2008)

Шнабель использовал свое мастерство художника, чтобы создать неповторимую фактуру и атмосферу фильма: здесь есть что-то волшебного фонаря, что-то от галлюциногенного бреда, здесь словно из морской глубины всплывают воспоминания и мечты, фантастические конструкции и видения. (Питер Брэдшоу, The Guardian, 08.02.2008)

В этом фильме нет ничего откровенно сентиментального — язвительное остроумие Боби держит это под постоянным контролем — просто он волнующий, а также человечный благодаря самокритичности героя и прямому, исповедальному подходу. (Анна Смит, BBC, 05.02.2008)

Чтобы стать человеком, надо все потерять — каждый фильм и каждая книга, так или иначе, говорят именно об этом. Но "Скафандр и бабочка" предлагает зрителю наиболее чистый опыт взаимодействия души с телом — а заодно и кинематографа с реальностью, правды с вымыслом. (Empire, 01.02.2008)